... Сначала мисс Лидия льстила себя надеждою увидеть по ту сторону Альп
что-нибудь такое, чего до нее никто не видел и о чем она могла бы говорить с
порядочными людьми. Но скоро, видя, что соотечественники везде предупредили
ее, и отчаявшись встретить что-нибудь неизвестное, она бросилась на сторону
оппозиции. В самом деле, неприятно говорить о чудесах Италии для того, чтобы
вдруг услышать от кого-нибудь: "Вы, конечно, знаете такого-то Рафаэля в
таком-то палаццо, там-то? Это прекраснейшая вещь во всей Италии". И,
наверно, ее-то вы и забыли посмотреть. Так как видеть все было бы слишком
долго, то проще бранить все с предвзятым намерением.
В гостинице Бово мисс Лидии пришлось испытать горькое разочарование.
Она привезла с собой хорошенький эскиз пелазгических или циклопических ворот
в Сеньи [2]; она думала, что рисовальщики забыли эти ворота. И вдруг леди
Френсис Фенвик, с которою она встретилась в Марселе, показывает ей свой
альбом, и в этом альбоме, между сонетом и засушенным цветком, ворота в
Сеньи, густо покрытые тердесьеном [3]! Мисс Лидия отдала свои ворота
горничной и потеряла всякое уважение к пелазгическим сооружениям.
Такое печальное настроение сообщилось и полковнику Невилю, который со
смерти своей жены смотрел на все не иначе, как глазами мисс Лидии. Италия
надоела его дочери: ясно, что это самая скучная страна в мире. Правда, он не
мог сказать ничего против картин и статуй, но зато мог заверить, что охота в
этой стране самая жалкая и что из-за того, чтобы убить несколько штук
несчастных красных куропаток, нужно сделать десять миль в самую жару по
римской Кампанье.
На другой день после приезда в Марсель он пригласил обедать капитана
Эллиса, своего бывшего адъютанта, который только что провел шесть недель на
Корсике. Капитан прекрасно рассказал мисс Лидии историю о бандитах;
достоинство ее состояло в том, что она нисколько не походила на истории о
ворах, которых она наслушалась по дороге от Рима до Неаполя. За десертом,
когда мужчины остались одни с бутылками бордо, они разговорились об охоте, и
полковник узнал, что нигде нет такой прекрасной, такой разнообразной и такой
богатой охоты, как на Корсике...
|
